Часть 3.

Чапар Хане

Чапар Хане

… Это же конопля — поясняю я жене — её курят наркоманы, называя анашой. И с самым серьёзным видом показывая хозяину на кусты конопли, подношу ко рту два пальца, так, как держат сигарету при курении. Понявший меня хозяин делает жест рукой — идите, мол, за мною и направляется к веранде...
«Ты что, с ума сошёл?, — почти кричит также понявшая моё намерение супруга, пытаясь меня удержать…

Мы поднимаемся на веранду и хозяин указывает рукой на кусты конопли в саду, а потом на клетки с птицами, висящими под потолком. Затем приносит мешочек из которого ссыпает на ладонь зёрна конопли, показывая их мне. Сняв одну из клеток, он добавляет в кормушку эти зёрна, добавив семечки подсолнечника. А птица в клетке — это хорошо известный и в наших краях щегол…

Но и это не всё. Ещё раз указав на коноплю, он повторяет мой жест с курением. А вслед за этим, склонив голову на бок и закрыв глаза изображает повешенного на виселице. Нам становится ясно: за употребление конопли как наркотика, в Иране могут и казнить…

Мы прощаемся. К крепости Сар Язд идём молча, размышляя о мудром иранце, который без слов, одними жестами так много нам рассказал и разъяснил…

Крепость уже открыта. Пока мы — единственные её посетители. Платим за входные билеты и начинаем осмотр...

Давайте вместе с замечательным писателем и историком С.П.Бородиным перенесёмся в те далёкие времена, когда Сар Язд был не нынешним памятником истории, а когда он жил своей, неведомой нам жизнью...

«… Грузное серое здание возвышалось вокруг широкого двора. К углам прислонились коренастые башни с бойницами, с глухими подземельями, где можно было надёжно укрыть любые товары и припасы. Надёжны были и стены полутёмных келий, соединявшихся сводчатыми тесными переходами. Всё было крепко сложено ещё в давние времена. Когда случалось рыть землю, под стенами оказывались древние стены, залежи черепков или осколки расписной штукатурки. Заступы и и мотыги упирались в каменные столбы, и рыть глубже оказывалось невозможным. Крепость высилась на руинах былых зданий, неведомо кем сложенных, неведомо что видавших.

Но среди двора, обложенный истёртыми мраморными плитами, по-прежнему зиял колодец, где во тьме глубины светилась живая чистая вода. Ею и жила крепость. К ней и тянулись отовсюду караванные пути и жаждущие путники.

Ни вокруг крепости на иссохшей, безводной равнине, ни внутри двора, истоптанного мягкими стопами верблюдов и стадами, ночевавшими здесь, нигде не было ни ростка, ни былинки, и лишь у колодца, в расселине между мраморными плитами бился за жизнь пыльный, изломанный, топорщась колючками, маленький пучок какой-то одинокой травы.

Но пришёл караван. И теперь вокруг колодца столпились, заглядывая вглубь и оскользаясь на плитах, расплёскивая воду из кожаных вёдер, люди каравана. Где незадолго перед тем было пусто, теперь стало тесно…»

(Продолжение следует)

… По решению Правления общества «Барадаран-наме» размещаемые нами песни будут звучать на языке героического народа Украины… Пока не кончится война…